Прогулка

26 марта 2016 г.

Nancy Harkness Love
(February 14, 1914 – October 22, 1976)
Первая женщина - пилот ВМС США во WWII.
Удивительно, правда?

24 марта 2016 г.

Мнение о взрывах в Европе

. . . европейский ответ однозначен и для России убийственен. Британский премьер Дэвид Кэмерон назвал это ВОЙНОЙ, французский премьер кажется даже опередил его («Европа — в состоянии войны»), Юнкер, Магерини, европейские парламентарии все единодушно говорят о войне. Но никто не называет ИГИЛ. Только брюссельский прокурор, вынужденный быть откровеннее - прямо говорит, что нет основания считать ИГИЛ — организатором взрывов. Только один из украинских лидеров прямо говорит, что взрывы в Брюсселе устроила Россия, но другим и говорить не зачем — европейская война осознана и объявлена.

И в этом и состоит поражение России. По-видимому, бельгийские и французские спецслужбы не так уж плохи и вышли прямо к центру террористического подполья. Было похоже, что всех их арестуют и намеченные теракты вообще не состоятся. Тем более, что арестованные террористы не только не захотели стали смертниками в Париже, но похоже, стали давать откровенные показания. И не об ИГИЛ, как и сказал брюссельский прокурор. И пришлось наспех с первыми попавшимися людьми взрывать ХОТЬ ЧТО НИБУДЬ. Дивный, самый красивый аэропорт в Европе до конца взорвать не удалось — половина террористов бросила свои бомбы и пояса шахидов и разбежалась. Взрыв в центре состоялся (в метро шуман-мальбек), но, по-видимому. Планировался совсем иным — если и не внутри дворцов Совета Европы, Европарламента — туда войти не так легко: фотографируют на входе сетчатку глаза, то уж во всяком случае на торжественных всегда заполненных площадях перед ними, может быть, возле гигантских стеклянных стен или воздушными переходами. И для этого нужны были гигантские сумки с взрывчаткой и это и был бы подлинный УДАР по сердцу Европы, как и полное уничтожение аэропорта, удар показавший, что европейцам, в том числе и их лидерам, уже некуда спасаться.

А так бросили пару гигантских бомб, явно предназначенных для улицы, в метро, на станциях даже в час пик малопосещаемых. Но весь отрицательный эффект полностью был достигнут — европейцы поняли, что им Россией объявлена и начата террористическая война. Европейцы объединяются и, конечно, будут сопротивляться и воевать.

Весь российский истеблишмент от Путина и до последних самых гнусных депутатов и обозревателей в этом положении засуетился, застонал, завосклицал — почему вы нас НЕ ЗОВЕТЕ помочь, мы вам укажем всех террористов, чтобы показать свою ПОЛЕЗНОСТЬ - трех белорусов опознали в арабах. Но никого уже обмануть невозможно. ЦРУ предупредило, что и в Брюсселе и в других городах Европы надо ожидать и других террористических актов. У ЦРУ это, вероятно, агентурная информация, но я, ничего не знающий, но помнящий историю, сказал бы тоже самое. Путину сегодня, как много лет назад Шакалу (Ильичу Рамиресу Санчосу — стажеру школы террористов в Балашихе), сегодня нужны «козыри» для спасения своей сети в Европе, для создания хоть каких-то лазеек, жалких переговорных площадок, чтобы новый железный занавес вокруг России не стал абсолютным. Шакал в свое время устроил около десятка терактов во Франции, а потом предложил Елисейскому дворцу — во Франции больше терактов не будет, но французская полиция должна перестать интересоваться террористами. И несколько лет это работало — Франция стала санаторием для палестинцев и немецких террористов. Но потом все же Шакала арабы продали и он пожизненно сидит во французской тюрьме (интересно, продадут ли братья Ковальчуки и Ротенберги в Гаагу незадорого Путина?).

Но тогда Франция была одна — вышла из НАТО и еще не было понятно, как стало теперь известно, что за европейским и ближневосточным терроризмом, за итальянскими «Красными бригадами», немецкой группой Баадер-Майнхоф, алжирскими лагерями палестинцами (о симферопольской школе вовсе не знали) и самим Шакалом неизменно стоит Лубянка. Еще не было так прямо, как сегодня, объявлена террористическая война Европе, а потому и мог на время Шакал договориться с Францией.

Но кому сегодня, когда всем почти уже все понятно, Путин может предложить такой ультиматум — мы прекратим теракты, а вы все глубже будете пускать нас к себе, чтобы в Европе уже не осталось ничего человеческого. Первый удар по Европе оказался неудачным, второго такого же масштаба Европа уже не допустит. Начинается гнилой кровавый европейский Донбасс, как и на Донбассе война официально не будет объявлена, но в конечном итоге, это гибель для России. Впрочем, немного еще поваримся в своем дерьме — у нас необычайная способность к выживанию.

Сергей Григорьянц

Григорий Сковорода

Цитати найвідомішого укаїнського мудреця і філософа Григорія Савича Сковороди, які актуальні завжди і можуть бути корисними нашим читачам кожен день.

Якщо любиш прибуток, шукай його пристойним шляхом. Тисяча на те перед тобою благословенних ремесел.
У істини проста мова.
Найголовніша з усіх згубних пристрастей є заздрість ( зависть ) – мати інших пристрастей та беззаконь.
Уникай людей, які, бачачи твої вади і недоліки, виправдовують їх або навіть схвалюють. Такі люди або підлабузники, або боягузи, або просто дурні. Від них не чекай допомоги ні в якій біді чи нещасті.
Краще в одного розумного і добродушного бути в любові і повазі, ніж у тисячі дурнів.
Ми повинні бути вдячні Богові, що він створив світ так, що все просте – правда, а все хибне – неправда.
Ні про що не турбуватися – значить, не жити, а бути мертвим, адже турбота – рух душі, а життя – це рух.
Не все те отрута, що неприємне на смак.
О, якби ми в ганебних справах були такі ж соромливі і боязкі, як часто ми буваємо боязкі і хибно соромливі у порядних вчинках!
Похибки друзів ми повинні вміти виправляти або зносити, коли вони несерйозні.
Для шляхетної людини ніщо не є таким важким, як пишний бенкет, особливо коли перші місця на ньому займають дурні.
Що полюбив, в те й перетворився.
Хіба може говорити про біле той, кому невідомо, що таке чорне?
Ніхто не може вбити в собі зло, поки спершу не зрозуміє, що таке зло, а що добро. А не пізнавши цього усередині себе, як можна пізнати і вигнати його в інших.
Нам недобре від того, що ми знаємо багато зайвого, а не знаємо найпотрібнішого: самих себе. Не знаємо того, хто живе в нас. Якби ми знали і пам’ятали те, що живе в кожному з нас, то життя наше було б зовсім інше.

23 марта 2016 г.

Савченко о себе

. . . — А как вы оказались в Ираке?

- После того как я год отслужила в десанте, снова приехала в Харьков подавать документы на летный факультет. Но мне сказали: «Мало отслужила». Вернулась назад в Житомир, где проходила службу, и узнала, что нашу роту отправляют в Ирак. Вот и пошла с ними. В Ираке мы были полгода. Я поняла, что это единственное место, где солдат может выполнять свою прямую работу — там не нужно собирать окурки или ходить в наряды по туалетам. Единственная сложность — когда ты одна, а рядом батальон «голодных» мужиков. Но мне было безопасно спать в одной комнате с 25 парнями, потому что знала, что если у одного «сорвет крышу», то его остановят остальные. Я служила с ними как товарищ, и постепенно они привыкли воспринимать меня именно так.

— Помните свое первое боевое крещение?

- Если судить по моим ощущениям, то его еще не было. Моя служба была насыщена многими событиями, но я была готова к тому, что увижу. Психологически мне ни разу не было страшно.

В Ираке я была стрелком. Самое яркое впечатление — это буря в пустыне. Там земля терракотового цвета, и когда начинается буря, поднимается пыль, которая покрывает все вокруг одним цветом. Красота такая, что один раз еле успела сойти с крыши в укрытие — не могла налюбоваться.

— Вы попадали в сложные ситуации?

- Только в те, которые создавала себе сама. Ведь я хочу быть не просто летчиком, а военным. В гражданской авиации могла бы летать уже давно. Но тогда мое счастье было бы неполным.

— Как сложилась ваша судьба после Ирака? Вас сразу приняли в институт?

- Разрешения поступить на летный факультет я добилась через министра обороны. И благополучно отучилась два курса. А потом меня списали с летной службы. Но я снова восстановилась.

— У вас что-то не получалось?

- Я же говорю, характер у меня резкий. А мужчины, тем более летчики, тщеславны. У меня случился конфликт, причем довольно нелепый, из-за дежурства в офицерской столовой. Я не уступила, за что и поплатилась. Мне объявляли выговоры за все, даже за нарушение формы одежды — это когда я не надевала носки, которые не привыкла носить. А списали с формулировкой «не годна к вылетам» после того, как выключили мне радиостанцию перед полетом. Представьте, я выезжаю на старт, запрашиваю взлет, а мне не отвечают, потому что кто-то специально выключил мою радиостанцию. И после этого меня списали. При этом уволив из Вооруженных сил Украины. Я добилась восстановления через Министерство обороны, и меня не просто снова восстановили, а восстановили летчиком. Когда я возвращалась, то знала, что на меня озлобятся еще больше. И знала, что летать все равно не дадут. Меня списали еще раз, так и не дав испытать, что такое самостоятельный полет.

Я снова восстановилась, но теперь уже не как военный летчик, а как штурман. Несколько дней назад наконец-то отлетала штурманом государственный экзамен. Хотя штурман — это небесный калькулятор, а мне больше все равно нравится чувствовать самолет в полете, а не просчитывать его.