Атака украинских дронов на Москву

 

Удары Сил обороны Украины по Москве и Подмосковью 17 мая продемонстрировали неспособность России надежно защитить даже столичный регион. 

При этом государственные российские СМИ почти не акцентировали внимание на атаке и ее последствиях, ограничившись краткими упоминаниями, а официальные представители Кремля сделали лишь несколько расплывчатых заявлений. 

Одним из главных выводов после массированной атаки стало понимание того, что российская система ПВО не способна эффективно отражать удары даже по ключевым объектам вокруг Москвы.

Это вызвало волну критики в ультрапатриотических российских каналах: блогеры требовали усилить противовоздушную оборону и призывали к масштабным ответным ударам.

В то же время официальная реакция Кремля оказалась заметно более сдержанной. В ISW отмечают, что подобная позиция, вероятно, направлена на преуменьшение значения ударов и контрастирует с жесткой риторикой провоенных блогеров.

Так, представитель МИД РФ Мария Захарова раскритиковала украинские удары, сосредоточившись на теме якобы ущерба гражданскому населению, но не упомянула о попаданиях по объектам оборонной промышленности и нефтяной инфраструктуры.

Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, отвечая на вопросы о возможной жесткой реакции Москвы, заявил, что само существование России как ядерной державы не находится под угрозой. Фактически это стало сигналом о том, что удары по Москве не рассматриваются как повод для применения ядерного оружия.

Аналитики считают, что такое заявление косвенно подтверждает серьезность произошедшего и одновременно служит попыткой снизить ожидания российской аудитории относительно возможного ответа Кремля.

Независимое издание Агентство зафиксировало фактическое замалчивание темы украинских атак на центральных российских телеканалах.

Первый канал, Россия-1 и НТВ посвятили этой теме не более минуты эфирного времени, ограничившись заявлениями о якобы атаках на гражданские объекты и сообщениями о некоем «ответе» России без конкретизации его сути.

Совсем иначе на ситуацию отреагировали российские военные блогеры. Они открыто говорили о слабой эффективности ПВО, особенно в Московской области, и признавали рост дальности и интенсивности украинских атак.

Звучали предложения создать единую многоуровневую систему противовоздушной обороны вокруг Москвы, а также усовершенствовать механизмы раннего предупреждения.

По данным украинских и российских источников, в результате атаки были поражены завод микроэлектроники Ангстрем, объекты технопарка Элма, нефтеперекачивающие станции «Солнечногорская» и «Володарская», а также Московский нефтеперерабатывающий завод в Капотне.

Также сообщалось о пожаре на взлетно-посадочной полосе аэропорта Шереметьево. Работа столичных аэропортов временно приостанавливалась, а значительная часть рейсов была задержана более чем на два часа.

Выбор слов

 

То, как мы говорим, оказывает мощное воздействие на нашу  жизнь.  При этом лишь немногие из нас уделяют достаточное внимание выбору слов. Исследования показали, что использование отрицательных слов, таких как «нет», могут изменить выработку благоприятных гормонов и нейротрансмиттеров, в пользу тех, которые нарушают ключевые структуры, регулирующие нашу память, чувства и эмоции.

Мы часто произносим отрицательные утверждения, такие как, «Я не умею говорить по-французски», «Я не знаю, как избавиться от лишнего веса». Но добавление в каждое такое заявление маленького слова «еще» полностью меняет модальность высказывания. Вместо сообщения, что мы не можем делать чего-либо, мы заявляем, что стремимся сделать это. Наш мозг распознает тонкое различие между безнадежным заявлением, и заявлением, которое предполагает, что в будущем это случится. Каждый раз, начиная что-то новое, необходимо помнить, что это маленькое подручное слово делает утверждения более сильными и подающими надежды. Например, «Я еще ничего не знаю об экономике», или «Я еще не пробегал марафонскую дистанцию».

Желательно заменить слово «должен» на такие слова, как «намерен», «собираюсь», или «могу». Тем самым, мы сильнее подчеркиваем наши стремления. Например, вместо того чтобы сказать, что мы должны что-то изучить, лучше говорить, что мы собираемся это изучить. Тщательное обдумывание источника побуждения к действиям представляет собой хорошую тренировку. Вызвать у нас мысль о том, что мы должны делать что-то могут наши сверстники, родители, культура или религия. Если это «должен» не является тем, что мы действительно хотим, нужно ли это делать?

Необходимо убрать слово «пробовать» из своего лексикона. Это придаст более позитивный и более сильный настрой. Если мы намерены делать что-то, то нужно делать это. Если мы не собираемся делать что-то, то нужно признать это. Так мы настраиваем свое внутреннее состояние и начинаем более четко понимать, что мы хотим делать в жизни.

Направляя себя к тому, чего мы хотим, нужно использовать более убедительную манеру речи, чем та, которая удаляет нас от цели. Вместо того чтобы говорить, «Мне нужно перестать назначать свидания неудачникам», следует использовать фразу, вроде «Я буду назначать свидания людям, которые вызывают у меня лучшие чувства». Вместо фразы «Перестань ругаться с братом», лучше сказать «Я хотела бы услышать, как вы доброжелательно общаетесь друг с другом».